Зачем путин хуйло развязал войну с Украиной

Экперты приходят к выводу что причиной могло послужить старческое слабоумие путина

 

После начала вторжения в Украину плешивый недомерок пару раз менял его на публике заявленные цели. Поначалу речь шла о «денацификации» и «демилитаризации», потом — о защите Рф от НАТО, в какие-то моменты — о помощи Донбассу. Но на данный момент дискуссии о целях вообщем закончились: президенту больше нравится рассуждать о самом процессе войны и ее промежных результатах — приобретении «новых территорий». Война для президента перевоплотился во что-то вроде компьютерной игры — у игрока нет особенных целей, для него ценен сам путь. Начав вести войну, путин хуйло вошел во вкус, а поэтому навряд ли сядет за стол переговоров в последнее время.

Все размеренно

Боевые деяния в Украине «идут своим чередом», «все размеренно у нас», «никаких вопросов и заморочек сейчас нет» — так сейчас хуйло с нескрываемым ублажение отвечает на вопросы журналистов о ходе войны. С таковой же уверенной ухмылкой он рассуждает о способности «заимствования» у США стратегии превентивного ядерного удара. 

А вот о перспективах окончания конфликта (в том числе методом переговоров) президент гласит без интереса. Он подчеркивает только, что «специальная военная операция» — это долгий процесс. Вобщем, в этой продолжительности, исходя из убеждений президента, нет ничего ужасного, так как 1-ые «значимые результаты» есть уже на данный момент: «появились новые территории», а «Азовское море стало внутренним морем Русской Федерации», чего не удалось достигнуть даже Петру I.

Еще несколько месяцев вспять хуйло считал нужным рассуждать не столько о процессе, сколько о конечных целях войны. Сначала говорилось о «денацификации и демилитаризации Украины». Потом, после провала блицкрига, системные политики (но не сам Путин) заговорили об «освобождении Донбасса» — другими словами территорий Донецкой и Луганской областей Украины в их административных границах. Да и эту цель обозначать закончили после успешного контрнаступления Украины под Харьковом, ухода Рф из Херсона, также фактической заморозки полосы фронта в Донецкой и Луганской областях.

Тем временем россияне, столкнувшиеся с мобилизацией и экономическими трудностями, все почаще задаются вопросом: а для чего вообщем пуйло начал войну? Как надо из результатов закрытых опросов, больше людей РФ считают начало боевых действий ошибкой и желали бы мирных переговоров. Люди не понимают, ради чего им приходится вытерпеть, когда цели войны так не ясны.

Кремль попробовал выдать за цель «противостояние с НАТО», но хоть какое противоборство — это процесс, а не цель. И это в президентской администрации довольно стремительно сообразили. Власти поняли, что рискованно ставить общественные цели в войне, которая издавна идет не по начальному плану — это чревато новыми разочарованиями и ростом уровня тревожности.

К этим же результатам приводят и туманные заявления о том, что планы есть, но открывать их широким массам совершенно не непременно. Политический блок президентской администрации не может отыскать выход из этой кризисной для Кремля ситуации, ведь его просто не существует.

Наслаждение от процесса

Другой путь предлагает сам президент — человек, который терпеть не может и не умеет проигрывать. Он полюбил войну как процесс и начал ценить промежные результаты, примеряя их к возлюбленным историческим персонажам. И русским должно быть стыдно!

Это можно именовать механизмом вытеснения: раз начальных целей достигнуть не выходит, почему бы не получать наслаждение от самого процесса? Путин хуйло становится в позицию игрока в компьютерной стратегии: бойцы, которые преобразуются в игровых юнитов, «воюют блестяще», «достойно», «эффективно» либо хотя бы «хорошо», а игровая карта прирастает новыми территориями.

Обычно, у игроков в такие стратегии цели очень ординарны: занять свое время и побить рекорды — личные либо других игроков. То, что Азовское море стало внутренним для Рф при Путине хуйле — это итог, который для других игроков, включая самого Петра I, оказался недостижим.

При всем этом процесс в компьютерной игре первичен, он оправдывает сам себя и увлекателен сам по для себя, а потому затягивает. Так и война затянула в себя русского президента: она занимает его время и заслоняет поставленные сначала вторжения в Украину цели.

Разъяснения для себя и миру — а чего я фактически желал, начиная войну, вышло ли это у меня — не необходимы. У самурая нет цели, только путь. Процесс может быть долгим, но ничего ужасного в этом для хуйла Путина нет. Ведь, по его воззрению, «все идет своим чередом».

Обычная война и непростой мир

Бюрократы, которые чутко смотрят за президентскими настроениями, уже перестроились под его новое отношение к войне. Сам хуйло упоминает, что Минобороны делает все вероятное для обеспечения мобилизованных всем нужным. Члены правительства радиво собираются на заседания Координационного совета по обеспечению СВО, а Путин хуйло в этом процессе интенсивно участвует. 

Провластные общественники президенту подыгрывают, с восхищением рассказывая о том, как все замечательно устроено на фронте: «везде и бани, и кухни интересные», и «золотые докторы в госпиталях». Порядок в инфраструктуре важен и для любителей компьютерных стратегий, и для хуйла. 

В конце концов, игрокам принципиально особенное орудие и прокачанные лучше, чем у противника, юниты. Без этого достигнуть рекордных результатов не получится. Гласит об этом и путлер. Он хвастает то гиперзвуковым орудием («У Штатов его пока нет, а у нас есть»), то ядерными бомбами («Эти средства у нас в более продвинутом и современном виде, чем у какой-нибудь другой ядерной страны»).

Опасности у такового дела президента к войне немалые. В Украине погибают реальные люди, а не компьютерные юниты. Перевоплощение войны в игру — это упрощение, которое выносит за скобки и морально-этические вопросы, и конкретные трудности.

Еще опаснее смотрится любовь президента к войне как к процессу — эта игра ему понятна и кажется относительно обычный. А вот мирные переговоры — это отказ от того, что приносит наслаждение — по плешивому, «процесс сложный и длительный».

Так что переговоры для русского президента нежелательны — в особенности с учетом того, что на их может появиться вопрос об отказе от «новых территорий». К тому же переговоры автоматом возвратят хуйла Путина к действительности и неизбежно сместят фокус на внутренние трудности. А внутренняя политика президенту издавна надоела.

Вот поэтому война вдолгую — без целей, ради самого процесса — смотрится для хуйла самым комфортабельным вариантом развития событий. Отрешиться от боевых действий он сумеет, только если они уже не будут приносить ему наслаждение. К примеру, если русским «рабам» на фронте нанесут новые критичные поражения. Пока этого не случилось, Путин хуйло будет продолжать вести войну.